продолжение

 - То есть  как  это  не  выдержим?  -  спросил  Иван  Ильич,  удивляясь
внезапному и отрывочному замечанию Степана Никифоровича.
    -  Так,  не  выдержим.  -  Степан  Никифорович,  очевидно,   не   хотел
распространяться далее.
    - Это вы уж не насчет ли нового вина и новых мехов?  -  не  без  иронии
возразил Иван Ильич. - Ну, нет-с; за себято уж я отвечаю.
    В эту минуту часы пробили половину двенадцатого.
    - Сидят-сидят да и едут, - сказал Семен Иваныч, приготовляясь встать  с
места. Но Иван Ильич предупредил его, тотчас встал  из-за  стола  и  взял  с
камина свою соболью шапку. Он смотрел как обиженный.
    - Так как же, Семен Иваныч, подумаете?  -  сказал  Степан  Никифорович,
провожая гостей.
    - Насчет квартирки-то-с? Подумаю, подумаю-с.
    - А что надумаете, так уведомьте поскорее.
    - Все о делах?  -  любезно  заметил  господин  Пралинский  с  некоторым
заискиванием и поигрывая своей шапкой. Ему показалось,  что  его  как  будто
забывают.
    Степан  Никифорович  поднял  брови  и  молчал  в  знак  того,  что   не
задерживает гостей. Семен Иваныч торопливо откланялся.
    "А... ну...  после  этого  как  хотите...  коли  не  понимаете  простой
любезности",  -  решил  про  себя  господин  Пралинский  и  как-то  особенно
независимо протянул руку Степану Никифоровичу.
    В передней Иван Ильич закутался в свою легкую  дорогую  шубу,  стараясь
для чего-то не замечать истасканного  енота  Семена  Иваныча,  и  оба  стали
сходить с лестницы.
    - Наш старик как будто обиделся, - сказал Иван Ильич молчавшему  Семену
Иванычу.
    - Нет, отчего же? - отвечал тот спокойно и холодно.
    "Холоп!" - подумал про себя Иван Ильич.
    Сошли на крыльцо, Семену Иванычу подали его  сани  с  серым  неказистым
жеребчиком.
    - Кой черт! Куда же Трифон девал мою карету! - вскричал Иван Ильич,  не
видя своего экипажа.
    Туда-сюда - кареты не было. Человек Степана Никифоровича не имел об ней
понятия. Обратились к Варламу, кучеру Семена Иваныча, и  получили  в  ответ,
что все стоял тут, и карета тут же была, а теперь вот и нет.
    - Скверный анекдот! - произнес господин Шипуленко, - хотите, довезу?
    - Подлец народ! - с бешенством закричал господин Пралинский. - Просился
у меня, каналья, на свадьбу, тут же на Петербургской,  какая-то  кума  замуж
идет, черт ее дери. Я настрого запретил  ему  отлучаться.  И  вот  бьюсь  об
заклад, что он туда уехал!
    - Он действительно, - заметил Варлам, - поехал туда-с; да обещал в одну
минуту обернуться, к самому то есть времени быть.
    - Ну так! Я как будто предчувствовал! Уж я ж его!
    - А вы лучше посеките его хорошенько раза два в части, вот он  и  будет
исполнять приказанья, - сказал Семен Иваныч, уже закрываясь полостью.
    - Пожалуйста, не беспокойтесь, Семен Иваныч!
    - Так не хотите, довезу.
    - Счастливый путь, merci.
    Семен Иваныч уехал, а Иван Ильич пошел пешком  по  деревянным  мосткам,
чувствуя себя в довольно сильном раздражении.

     ------------------------------------------------------------------------

    "Нет уж, я ж тебя теперь,  мошенник!  Нарочно  пешком  пойду,  чтоб  ты
чувствовал, чтоб ты испугался! Воротится и узнает, что барин пешком пошел...
мерзавец!"
    Иван Ильич никогда еще так не ругался, но уж очень он был  разбешен,  и
вдобавок в голове шумело. Он был человек  непьющий,  и  потому  какие-нибудь
пять-шесть бокалов скоро подействовали. Но ночь  была  восхитительная.  Было
морозно, но необыкновенно тихо и безветренно. Небо было ясное, звездное.
    Полный месяц обливал землю матовым серебряным блеском. Было так хорошо,
что Иван Ильич, пройдя шагов  пятьдесят,  почти  забыл  о  беде  своей.  Ему
становилось как-то особенно приятно. К тому  же  люди  под  хмельком  быстро
меняют впечатления. Ему даже начали нравиться невзрачные  деревянные  домики
пустынной улицы.
    "А ведь и славно, что я пешком пошел, - думал он про себя, - и  Трифону
урок, да и мне удовольствие. Право, надо  чаще  ходить  пешком.  Что  ж?  На
Большом проспекте я тотчас найду извозчика.  Славная  ночь!  Какие  тут  все
домишки. Должно быть, мелкота живет, чиновники... купцы, может быть...  этот
Степан Никифорович ! и какие все  они  ретрограды,  старые  колпаки!  Именно
колпаки, c'est le mot. Впрочем,  он  умный  человек;  есть  этот  bon  sens,
трезвое,  практическое  понимание  вещей.  Но  зато  старики,  старики!  Нет
этого... как бишь его! Ну да чего-то нет... Не выдержим ! Что он этим  хотел
сказать? Даже задумался, когда говорил. Он, впрочем, меня совсем не понял.
    А и как бы не понять? Труднее не понять, чем понять. Главное то, что  я
убежден, душою убежден.  Гуманность...  человеколюбие.  Возвратить  человека
самому себе... возродить его собственное достоинство и  тогда...  с  готовым
матерьялом приступайте к делу. Кажется, ясно! Да-с! Уж это  позвольте,  ваше
превосходительство, возьмите силлогизм: мы встречаем,  например,  чиновника,
чиновника бедного, забитого. "Ну...  кто  ты?"  Ответ:  "Чиновник".  Хорошо,
чиновник; далее: "Какой ты чиновник?" Ответ: такой-то, дескать,  и  такой-то
чиновник. "Служишь?" - "Служу!" - "Хочешь быть счастлив? " - Хочу".  -  "Что
надобно для счастья?" То-то и то-то. "Почему?" Потому... И вот человек  меня
понимает с двух слов: человек мой, уловлен, так сказать, сетями, и я делаю с
ним все, что хочу, то есть для его же блага.  Скверный  человек  этот  Семен
Иваныч! И какая у него скверная рожа... Высеки в части,  -  это  он  нарочно
сказал. - Нет, врешь, сам секи, а я сечь не буду; я  Трифона  словом  дойму,
попреком дойму, вот он и  будет  чувствовать.  Насчет  розог,  гм...  вопрос
нерешенный, гм... А не заехать ли к Эмеранс. Фу ты, черт, проклятые  мостки!
- вскрикнул он, вдруг оступившись. - И это столица! Просвещение! Можно  ногу
сломать. Гм. Ненавижу я этого Семена Иваныча; препротивная рожа. Это он надо
мной давеча хихикал, когда я сказал: обнимутся нравственно. Ну и  обнимутся,
а тебе что за дело? Уж тебя-то не обниму; скорей мужика... Мужик встретится,
и с мужиком поговорю. Впрочем, я был пьян и, может быть, не так выражался. Я
и теперь, может быть, не так выражаюсь... Гм. Никогда не буду пить. С вечеру
наболтаешь, а назавтра раскаиваешься. Что ж, я ведь, не  шатаясь,  иду...  А
впрочем, все они мошенники!"
    Так рассуждал Иван Ильич, отрывочно и бессвязно,  продолжая  шагать  по
тротуару. На него подействовал свежий воздух и, так сказать, раскачал его.
    Минут через пять он бы успокоился и захотел спать. Но  вдруг,  почти  в
двух шагах от Большого проспекта, ему послышалась музыка. Он  огляделся.  На
другой стороне улицы в очень ветхом одноэтажном, но длинном деревянном  доме
задавался пир горой, гудели скрипки, скрипел контрбас и визгливо  заливалась
флейта на очень веселый кадрильный мотив. Под окнами стояла публика,  больше
женщины в ватных салопах и в платках на голове; они  напрягали  все  усилия,
чтобы разглядеть что-нибудь сквозь щели ставен. Видно, весело было.  Гул  от
топота танцующих достигал другой стороны улицы. Иван Ильич невдалеке от себя
заметил городового и подошел к нему.
    - Чей это, братец, дом? - спросил он, немного распахивая  свою  дорогую
шубу, ровно настолько, чтобы городовой мог заметить  значительный  орден  на
шее.
    -  Чиновника  Пселдонимова,  легистратора,  -  отвечал,   выпрямившись,
городовой, мигом успевший разглядеть отличие.
    - Пселдонимова? Ба! Пселдонимова!.. Что ж он? женится?
    -  Женится,  ваше  высокородие,  на   титулярного   советника   дочери.
Млекопитаев, титулярный советник... в управе служил. Этот  дом  за  невестой
ихней идет-с.
    - Так что теперь уж это Пселдонимова, а не Млекопитаева дом?
    -  Пселдонимова,  ваше  высокородие.   Млекопитаева   был,   а   теперь
Пселдонимова.
    - Гм. Я потому тебя, братец, спрашиваю, что я начальник его. Я  генерал
над тем самым местом, где Пселдонимов служит.
    -  Точно  так,   ваше   превосходительство.   -   Городовой   вытянулся
окончательно, а Иван Ильич как будто задумался. Он стоял и соображал...
    Да, действительно Пселдонимов  был  из  его  ведомства,  из  самой  его
канцелярии; он припоминал это. Это был маленький чиновник, рублях на  десяти
в месяц жалованья. Так как господин Пралинский принял  свою  канцелярию  еще
очень недавно, то мог и не помнить слишком подробно всех своих  подчиненных,
но Пселдонимова он помнил, именно по случаю его фамилии. Она бросилась ему в
глаза с первого разу, так что он  тогда  же  полюбопытствовал  взглянуть  на
обладателя такой фамилии  повнимательнее.  Он  припомнил  теперь  еще  очень
молодого человека, с длинным горбатым носом, с  белобрысыми  и  клочковатыми
волосами, худосочного и худо выкормленного, в  невозможном  вицмундире  и  в
невозможных даже до неприличия невыразимых. Он помнил, как у него  тогда  же
мелькнула мысль: не определить ли бедняку рублей  десяток  к  празднику  для
поправки? Но так как лицо этого  бедняка  было  слишком  постное,  а  взгляд
крайне несимпатичный, даже возбуждающий отвращение,  то  добрая  мысль  сама
собой как-то испарилась, так что Пселдонимов  и  остался  без  награды.  Тем
сильнее изумил его этот же самый Пселдонимов не более как неделю назад своей
просьбой жениться. Иван  Ильич  помнил,  что  ему  как-то  не  было  времени
заняться этим делом подробнее, так что дело о свадьбе  решено  было  слегка,
наскоро. Но все-таки он  с  точностию  припоминал,  что  за  невестой  своей
Пселдонимов берет деревянный дом и четыреста рублей  чистыми  деньгами;  это
обстоятельство тогда же его удивило; он помнил, что даже слегка сострил  над
столкновением фамилий Пселдонимова и Млекопитаевой. Он ясно  припоминал  все
это.
    Припоминал он и все более и более  раздумывался.  Известно,  что  целые
рассуждения проходят иногда в  наших  головах  мгновенно,  в  виде  каких-то
ощущений, без перевода на человеческий язык, тем более на  литературный.  Но
мы постараемся  перевесть  все  эти  ощущения  героя  нашего  и  представить
читателю хотя бы только сущность этих ощущений, так сказать то, что  было  в
них самое необходимое и правдоподобное. Потому что ведь многие  из  ощущений
наших,   в   переводе   на   обыкновенный   язык,    покажутся    совершенно
неправдоподобными. Вот почему они никогда и на свет не являются, а у всякого
есть. Разумеется, ощущения и мысли Ивана Ильича были немного  бессвязны.  Но
ведь вы знаете причину.
    "Что же! - мелькало в его голове, - вот  мы  все  говорим,  говорим,  а
коснется до дела, и только шиш выходит.  Вот  пример,  хоть  бы  этот  самый
Пселдонимов: он приехал давеча  от  венца  в  волнении,  в  надежде,  ожидая
вкусить... Это один из блаженнейших дней его жизни... Теперь  он  возится  с
гостями, задает пир - скромный, бедный, но веселый, радостный,  искренний...
Что ж, если б он узнал, что в эту самую минуту  я,  я,  его  начальник,  его
главный начальник, тут же стою у его дома и слушаю его музыку ! А и в  самом
деле, что бы с ним было? Нет, что бы с ним было, если б я  теперь  же  вдруг
взял и вошел? гм... Разумеется,  сначала  он  испугался  бы,  онемел  бы  от
замешательства. Я помешал бы ему, я расстроил бы, может быть, все... Да, так
и было бы, если б вошел всякий другой генерал, но не я... В том-то  и  дело,
что всякий, да только не я.
    Да, Степан Никифорович! Вот вы не понимали меня давеча,  а  вот  вам  и
готовый пример.
    Да-с. Мы все кричим о гуманности, но героизма, подвига мы сделать не  в
состоянии.
    Какого героизма? Такого. Рассудите-ка: при теперешних  отношениях  всех
членов общества мне,  мне  войти  в  первом  часу  ночи  на  свадьбу  своего
подчиненного, регистратора, на десяти рублях, да  ведь  это  замешательство,
это - коловращенье идей, последний  день  Помпеи,  сумбур!  Этого  никто  не
поймет. Степан Никифорович  умрет  -  не  поймет.  Ведь  сказал  же  он:  не
выдержим. Да, но это  вы,  люди  старые,  люди  паралича  и  косности,  а  я
выдер-жу! Я обращу  последний  день  Помпеи  в  сладчайший  день  для  моего
подчиненного, и поступок дикий - в  нормальный,  патриархальный,  высокий  и
нравственный. Как? Так. Извольте прислушать...
    Ну... вот я, положим, вхожу: - они изумляются, прерывают танцы, смотрят
дико, пятятся. Так-с, но тут-резина лист
зимняя резина киев
резина +в нижнем
летняя резина отзывы
33 резина
плотность резины
хранение резины
резина +б +у спб
продам резину 16
резина cordiant
резина 165
сравнение резины
выбор зимней резины
рено логан резина
резина зимняя +б +у 14
+б +у резина +в москве
резина китай
продажа резины +для авто
nord резина
спорт резина
клеи +для резины
клей +для резины
зимняя резина yokohama
100 резина
r 13 резина
мягкая резина
стоимость зимней резины
резина летняя 15
купить резину r13
куплю резину r13
профиль резины
резина 235 60
резина гудрич
резина nokian hakkapeliitta
резина bfgoodrich
резина +в финляндии
мбс резина
тест резины +за рулем
резина ростов +на дону
резина данлоп
резина норд
рейтинг зимней резины
ice резина
какая зимняя резина лучше
резина +для холодильников
какая лучшая зимняя резина
обзор резины
получение резины
резина +для шевроле
продам резину r13
резина 4х4
вес резины
резина r19
легковая резина
отходы резины
диски литые +с резиной
резина 215 60
резина 195 65 15
штраф +за резину
куплю зимнюю резину бу
зимняя резина бу купить
губчатая резина
недорогая зимняя резина
виды резины
зимняя резина +на ниву
резина зимняя 185 65
резина 22.5
пищевая резина
резина 175 70 r13
бескамерная резина
резина хакапелита
продам резину 17
резина r12
резина зимняя +на авто
резина 185 60 r14
склад резины
резина днепропетровск
сузуки резина
микропористая резина
резина гиславед
резина +для скутера
резина одесса
зимняя резина нокиан
импортная резина
шипование резины
зимняя резина 205 55 r16
резина 175 70 13
резина 195 55 r15
резина пирелли
резина +на патриот
раллийная резина
резина +на логан
куплю резину r14
купить резину r14
резина зимняя 18
резина +по марке авто
продам шипованную резину
резина +на тойоту
резина 16 радиус
резина температура
зимняя резина 2009 2010
31 резина
продам резину 15
+как сделать резину
таганка резина
резина 185 70
продам r17 резину
резина 205 50
колесо зимняя резина
зимняя резина санкт петербург
токопроводящая резина
новая резина зимняя
шипы +на резину
диски +с зимней резиной
резина гудиер
резина вспененная
самая лучшая резина
резина +на фокус
зимняя резина dunlop
маркировка резины
русская резина
зимняя резина 195 65 r15
износ резины
зимняя резина 175 65
зимняя резина бриджстоун
размерность резины
кроссовая резина
купер резина
ханкок резина
продам резину 14
подбор резины +по марке
зимняя резина ниссан
зашиповать резину
резина 215 65 r16
куплю 14 резину
использование резины
зимняя резина объявления
резина мишлен зимняя
рено зимняя резина
ярославль резина
резина nokia
куплю резину r17
маслобензостойкая резинато я и выказываюсь: я прямо иду  к  испуганному
Пселдонимову и с самой ласковой улыбкой, так-таки  в  самых  простых  словах
говорю:  "Так  и  так,  дескать,  был  у  его   превосходительства   Степана
Никифоровича. Полагаю, знаешь, здесь, по соседству..."  Ну,  тут  слегка,  в
смешном этак виде, рассказываю приключение с Трифоном. От Трифона перехожу к
тому, как пошел пешком... "Ну - слышу музыку, любопытствую  у  городового  и
узнаю, брат, что ты женишься. Дай, думаю, зайду  к  подчиненному,  посмотрю,
как мои чиновники веселятся и... женятся. Ведь  не  прогонишь  же  ты  меня,
полагаю!" Прогонишь! Каково словечко для подчиненного.  Какой  уж  тут  черт
прогонишь! Я думаю, он с ума сойдет, со  всех  ног  кинется  меня  в  кресло
сажать, задрожит от восхищенья, не сообразится даже на первый раз!..
    Ну, что может быть проще, изящнее такого поступка! Зачем я  вошел?  Это
другой вопрос! Это уже, так сказать, нравственная сторона дела. Вот тут-то и
сок!